В церковных книгах сёл Зняцёво и Червеньово на Мукачевщине за 1828–1848 годы зафиксировано всего 11 женских имён на 646 крещённых девочек. Пять самых частых — Мария, Анна, Пелагея, Елена и Агафья — покрыли 95,20 процента всех записей. Цифра из исследования метрик, опубликованного в 2022 году в сборнике «Актуальные вопросы гуманитарных наук», меняет привычную картину «богатого сельского именника»: в конкретной общине выбор был узким и повторяющимся.
Для Закарпатья это не мелочь. Имя в метрике стоит рядом с номером дома, конфессией и языком записи — латинским, венгерским, церковнославянским или украинским. От этого зависит, как позже искать бабушку в архиве Ужгорода или Берегова и как читать варианты вроде Hafa, Polánya или Васіля.
Ниже — подборка забытых украинских женских имён, которые действительно бытовали в крае или в его церковном календаре, с объяснением, почему они исчезли из свидетельств ЗАГС и где проверить семейную строку.
1. Какие имена давали девочкам сто лет назад в Закарпатье
Типичная запись греко-католической метрики Мукачевщины XIX века выглядит так: дата рождения, дата крещения, имя ребёнка в той орфографии, которой владел приходской священник, имена родителей, иногда номер дома. Именник узкий. Единичные формы появляются редко и часто лишь раз в поколение.
Пелагея, в метриках также Pelagia, Polánya, Пелаґїа. Греческое «морская». В срезе 1828–1848 годов это третье имя общины: 67 носительниц, 10,37 процента. В следующем срезе 1854–1875 годов уже 115 записей. В селе его сокращали до Полани.
Агафья, также Agapia, Hafa, Гафа, Гафия. От греческого «добрая». В том же первом срезе — 38 девочек, почти 6 процентов. Позже имя остаётся в календаре, но из метрик Мукачевщины постепенно выпадает.
Юлианна / Юлиана. Во втором срезе — 58 носительниц. Форма длиннее привычной Юлии и держалась, пока церковный календарь и венгерский акт гражданского состояния после 1895 года не начали сводить её к более короткому варианту.
Василина, в говорах Васіля, Васил’а, Василинка. Женская форма от Василия, «царственная». Ономатолог Павел Чучка фиксировал её как официальное и разговорное имя на Раховщине, Тячевщине, Хустщине, Иршавщине и Межгорщине. Закарпатский языковед Любомир Белей позже называл Василину одним из немногих имён, которые в крае имеют отчётливый местный акцент.
Платония, каноничнее Платонида. От мужского Платон, «широкий». Имя календарное, редкое уже в XIX веке; в двухсельской выборке Мукачевщины его нет среди частотных. Оно держалось там, где священник ориентировался на полные святцы, а не на привычку семьи.
Мечислава. Славянский композит от основ «меч» и «слава», известный также в польском и словацком именниках. Для многоязычного Закарпатья такая форма логична на границе с венгерской и словацкой записью, но в массовых метриках сёл она не входила в первую пятёрку.
Радослава. «Радость» и «слава». Тот же тип двухосновных имён, что и Квитослава, которую исследование метрик Зняцёво и Червеньово фиксирует уже как единичную в поздних срезах. Сегодня Радослава почти не попадает в областные сводки ЗАГС.
95,20 процента считаются просто. В 1828–1848 годах Мария — 272 записи, Анна — 199, Пелагея — 67, Елена / Гелена / Илона — 39, Агафья — 38. Вместе 615 из 646. Остальные шесть имён, среди них Варвара / Борбала, Анастасия, Елизавета / Erzsi, Амалия и Тереза, делят 31 девочку. Меняет долю не «мода села», а объём выборки: чем меньше приход, тем сильнее давит привычка называть в честь бабушки и святой из календаря.
Что это значит для вас
Если в семье из Ужгорода, Хуста, Мукачево или Береговщины ищут прабабушку, сначала стоит собрать все известные варианты одного имени: Гафа и Агафья, Поланя и Пелагея, Илона и Елена могут быть одним и тем же человеком в разных книгах. Без этого запрос в архив часто возвращается пустым, хотя запись существует.
2. Почему эти имена вышли из моды: исторические причины
Между 1919 и 1946 годами Закарпатье несколько раз меняло государственную принадлежность. В метрике это видно непосредственно: тот же род записывают по-венгерски, по-чешски, по-украински, иногда по-русски. Имя, которое в церкви звучало как Пелагея, в канцелярии становилось другой формой или сокращалось до удобного канцелярского варианта.
Советизация после 1945–1946 годов добавила ещё один слой. Церковный календарь утратил официальную силу, акты перешли к гражданским органам. Имена вроде Агафьи или Юлианны начали воспринимать как «бабьи» и тяжёлые для школы и военкомата. Параллельно шла русификация уменьшительных форм: Маруся уступала Маше, Ганна — Ане, Елена — Лёне.
СМИ и миграция добили остальное. С 1990-х родители ориентируются на имена, которые «звучат в городе» и легко читаются за границей. В сводках Минюста за 2025 год среди девочек лидируют София, Ева, Эмилия, Соломия, Мария, Злата, Милана. Пелагея, Агафья, Василина, Мечислава в областных топах не стоят. Исключения вроде Дзвинки или Квитки встречаются как единичные регистрации, а не как восстановление сельского календаря.
3. Имена, которые забыли из-за войн и расселения
Память об имени держится, пока живёт поколение, которое произносит его каждый день. Депортации и перемещения 1944–1946 годов оборвали эту нить в части сёл. По оценкам историков края, между переписью 1941 года и учётом 1946-го численность венгров Закарпатья сократилась с 245 286 до 134 558 человек. Немецкое население уменьшилось примерно на 81 процент. Летом 1945 года в лагерях учитывали около 27 тысяч закарпатцев.
Вместе с людьми исчезали и домашние формы имён. В немецких и венгерских семьях Береговщины и Мукачевщины бытовали Амалия, Ирма, Гизелла, Дагмар — их исследование метрик фиксирует уже как единичные. После выселений и смешанных браков такие имена дальше не передавались. Украинские семьи, принимавшие переселенцев из других областей, приносили собственный короткий список: снова Мария, Анна, Елена, позже Любовь и Нина.
Эвакуации позднейших войн лишь ускорили смешение. В свидетельстве 2020-х имя уже редко повторяет строку метрики 1920-х. Остаётся фамилия и, если повезёт, устное упоминание: «бабушку в селе звали Гафой, в паспорте была Агафья».
4. Стоит ли возвращать старые имена: аргументы за и против
Позиция «за» опирается на календарь и на семейный ряд. Соломия, Дарина, Орися уже вернулись в статистику без кампаний. Забытое имя из метрики даёт ребёнку связь с конкретным селом и конфессией, а не с абстрактной «стариной».
Позиция «против» практическая. Пелагея и Мечислава в детском саду Ужгорода или Хуста требуют постоянного объяснения. Документы, заграничный паспорт, медицинская карта умножают ошибки в буквах. Любомир Белей ещё в начале 2010-х предостерегал: закарпатцы охотно берут «импортные» формы, тогда как местное богатство сидит не в выдуманном язычестве, а в живых вариантах вроде Василины или неофициальных Морики и Йончи, которые стоит сначала признать в быту.
| Имя | Что означает | Где фиксировали | Почему редкое теперь |
|---|---|---|---|
| Пелагея | Морская | Метрики Зняцёво и Червеньово, XIX в. | Вытеснена короткими календарными формами |
| Агафья / Гафа | Добрая | Те же приходы; народные варианты по краю | Воспринимается как архаичное |
| Василина | Царственная | Говоры Хустщины, Раховщины, Межгорщины | Уступила Василисе и другим модным формам |
| Юлианна | Календарная форма Юлии | Мукачевщина, вторая половина XIX в. | Сокращена до Юлии |
| Радослава | Радость и слава | Славянский именник Карпат | Не входит в топы ЗАГС |
| Платония / Платонида | От Платона | Церковный календарь, единичные записи | Нет привычки в семьях |
Источник: анализ церковных книг сёл Зняцёво и Червеньово за 1828–1951 годы (публикация 2022 года); словари и говорные фиксации Павла Чучки.
Выбор имени остаётся личным делом семьи. Архив и словарь объясняют происхождение, но не обязывают повторять строку столетней давности.
5. Где найти историю своего имени в Закарпатье
Государственный архив Закарпатской области хранит церковные и метрические книги в фонде 1606. Хронология церковных метрик — примерно с 1712 по 1952 год. Гражданские метрики массово ведутся с 1895-го. Корпус 1 — Ужгород, улица Минайская, 14а. Корпус 2 — Берегово, площадь Героев, 4а. График: понедельник–пятница, 8:00–17:00, перерыв 12:00–13:00. Заявления принимают в понедельник, среду и пятницу с 9:00 до 16:00.
- Сначала собрать село, конфессию, приблизительные годы рождения и все известные формы имени и фамилии. Без населённого пункта поиск в десятках описей фонда 1606 растягивается на месяцы.
- Проверить, есть ли микрофильмы греко-католических книг Мукачевской епархии в каталоге FamilySearch: съёмка сделана с оригиналов ужгородского архива, языки записей — венгерский, украинский, русский.
- После архива сверить строку с более поздним актом ЗАГС. Расхождение в буквах — норма, не обязательно ошибка семьи.
Музеи Ужгорода и Хуста и краеведческие отделы библиотек хранят не метрики, а контекст: костюм, язык, календарь святых. Для имён это вспомогательный источник. Общественные генеалогические каталоги помогают понять, какой приход покрывал село, но замену архивной записи не дают.
Практическое правило такое: сначала метрика и точный вариант имени, потом уже разговор о «возвращении». Если строка найдена, её достаточно сохранить в семейной копии — это надёжнее моды на архаику.
Граница совета прямая. Не все книги сохранились, не каждое село имеет полную цепочку с XVIII века, а часть фондов доступна только в читальном зале. Имя из подборки можно изучить, проверить и даже зарегистрировать ребёнку; делать из этого обязанность перед краем не нужно.
Добавить комментарий